Искупаюсь в небе голубом
И облака потрогаю руками...
В просторе этом мой желанный дом,
По радуге цветной пройдусь ногами.
И вся земля с небесной высоты
Раскинется ковром передо мною,
И небо в каждой капельке росы
Своею отразится синевою.
И с шаловливым, быстрым ветерком
Сольюсь в одном восторженном порыве.
Мне ветер этот хорошо знаком -
Не раз мы с ним о чём-то говорили.
А на верхушке старенькой сосны
Чуть отдохнём, уставшие от воли.
И. может быть, приснятся даже сны,
Что мы плывём в каком-то синем море.
Разбудит нас горячий солнца луч
И позовёт опять куда-то в дали
За горизонт, за яркий млечный путь
Туда, где мы ещё и не бывали.
Пошлют с полей ромашки свой привет
И васильки проводят кротким взглядом.
Обнимет нас прекрасный, чистый свет...
Ну что ещё душе, скажите, надо?
Г. Мерзлякова
Галина Мерзлякова,
г. Киров Россия
Стихи пишу давно, вышли два сборника "Прославляю Тебя из огня" и "Подари мне, Господь, небеса" Готовится к выпуску третий.
Благодарю Господа за великую милость ко мне. e-mail автора:galya.merzlyakova.55@mail.ru
Прочитано 8614 раз. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
